Меню сайта
 
 
   
  Рубрики
 
 
   
  Поиск
  Поиск по сайту

Архив



<< Декабрь 2011 >>
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
2930311234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930311

 
 
 





  Яндекс цитирования
      Рубрика : Культура  (Архив : 2011-12-15) Сегодня : пятница, 14 июня 2024 года   
Библиотека «ВК»

Сергей ПЛАТОНОВ

Преступление без наказания

Страницы будущей книги

(Продолжение. Начало в номерах за 29 сентября, 6, 13, 20, 27 октября, 3, 10, 17, 24 ноября, 1 и 8 декабря)

Иудино дерево

Крымскую резиденцию «Заря» № 11 в Форосе начали строить в 1986 году. Это было желание Раисы. И поэтому ничто не могло остановить этот несвоевременный до нелепости проект. Ни катастрофа с финансами страны, ни явное осуждение этой стройки бедствующим населением. Раиса была сама убеждена и убедила Михаила в том, что автор перестройки, работающий в бешеном темпе, по 20 часов в сутки, заслуживает новой летней резиденции. Новый генсек тоже не хотел отдыхать на старых дачах, видимо из желания показать, что он политик новой формации.

Более 100 миллионов рублей вбухали в возведение и обустройство предпоследней советской государственной дачи. Два года военные строители под личным контролем министра обороны маршала Язова возводили на скалах то ли дворец, то ли замок.

Потом Горбачевы четыре года подряд летом будут отдыхать в «Заре». В том числе последний раз в злополучном августе 1991 года. А пока ее достраивали, чтобы привыкнуть к Крыму, решили проводить отпуска на самой знаменитой госдаче № 1 в Нижней Ореанде под Ялтой. Здесь любил отдыхать и принимать зарубежных лидеров Брежнев. Четыре года после его смерти она не использовалась.

— Рая, вы с Иришей идите позагорать, а я с Анатолием Сергеевичем поработаю над книгой, — предложил жене и дочери Михаил после завтрака. — Вечером и я пойду с вами.

— Да, Миша, мы так и поступим. Скажи, ты давно говорил с Язовым? Как продвигается стройка в Форосе? Мне здесь не нравится. Все такое ветхое, запахи чужие. Кое-где даже грибком тронуло.

— Жалуется министр, что дело идет медленно. Кругом скалистый грунт, землю самосвалами за сорок километров завозят. Ты пойми, такой комплекс за год не построишь. Парк насадить, терренкуры проложить… Тоже надо время. Не будем же мы по скалам гулять.

— Напомни ему, чтобы не забыли высадить деревья багряника. Очень мне нравится, как они цветут. Такими ярко-розовыми кущами, прямо из веток, даже листьев не видно.

— Я ему говорил, а он знаешь что ответил? Мол, не надо, Михаил Сергеевич, не советуют. Дерево нехорошее, дикое. Беду приносит. Не зря, говорит, иудиным деревом называется. Вроде сам Иуда после своего предательства на таком повесился.

— Что он понимает! Иуда повесился на смоковнице. А это багряник. Пусть сажают. И стройку надо форсировать.

— Хорошо, Райчонок, я скажу. Идите загорать, пока не очень жарко.

Впервые в «Зарю» они заехали в июле 1988 года. В первый же день, когда Ирина подошла к большому венецианскому окну, чтобы поправить портьеру, карниз, на котором она крепилась, обрушился ей на голову. В военном госпитале Севастополя установили легкое сотрясение мозга. За что несколько сотрудников из обслуги и начальник объекта были уволены. Может, и прав был старый маршал, говоря, что багряник, который по просьбе Раисы все же насадили в форосском парке, дерево нехорошее, приносящее беду. Но только не мог он тогда и подумать о других грядущих грозных событиях. И что для него самого с Форосом будет напрямую связано самое горькое время в его по большому счету безупречной жизни. В том числе тюремное заключение.

Случай с карнизом, наоборот, сыграл положительную роль в карьере человека необычной биографии. Речь идет о внучатом племяннике Льва Толстого. Его полный тезка полковник КГБ Лев Николаевич Толстой был праправнуком старшего брата писателя Сергея Николаевича. Того самого, что женился на цыганке Марии Шишкиной из хора «У «Яра». Служивший до этого происшествия заместителем начальника 9-го отдела КГБ в Крыму, после «карниза» он стал начальником этого отдела. Это ему пришлось в августе 1991 года все три дня форосского «плена» быть рядом с семьей Горбачевых. Пусть он и расскажет, как все случилось:

«Президент с женой, дочерью, зятем и двумя внучками приехал на отдых и расположился в «Заре», как всегда, в первых числах августа. Море у дачи такое прозрачное (дно на семь метров видно), что все, и особенно дети, из него не хотели выходить. Распорядок почти каждый день был один и тот же: прогулки по терренкуру, купание в море, редкие выезды в Севастополь, в храм Воскресения Христова на Красной скале, работа над очередной книгой и выступлением при подписании нового Союзного договора по окончании отпуска. Запомнилась одна поездка в Севастополь. Михаил Сергеевич подошел на Графской пристани к людям, но вместо уже привычного ликования столкнулся с недовольством. Его стали спрашивать: а где же результаты перестройки? И тут он взорвался. Стал обвинять самих людей в инертности. Мол, я вам не царь. И не собираюсь раздавать милости. Я дал вам свободу, вот и устраивайте свою жизнь сами. Люди опешили и стали расходиться. А он остался доволен, что не поддался, как он сказал, крикунам.

Когда отдых заканчивался, из Москвы позвонил заместитель начальника 9-го управления КГБ Генералов и сообщил, что через два дня он прилетает специальным самолетом за президентом. Однако на второй день перезвонил и сказал, что ситуация изменилась. Теперь мне нужно 18 августа к 15 часам подать транспорт на военный аэродром Бельбек для встречи и перевозки в «Зарю» двадцати человек. Сказал, что прилетит группа для подготовки отдыха Председателя кабинета министров. Что я и сделал. Но из прилетевшего самолета вышли член Политбюро, секретарь ЦК КПСС Шенин, заместитель Председателя Совета обороны СССР Бакланов, начальник аппарата президента Болдин, заместитель министра обороны Варенников, мой прямой руководитель начальник 9-го управления КГБ Плеханов, а также Генералов и 15 офицеров из центрального аппарата КГБ».

Накануне в Москве, на секретном объекте КГБ «АБЦ», собрались будущие члены ГКЧП. Разговор начался с сообщения Крючкова:

— Вы знаете, что на 20 августа президентом назначено подписание нового Союзного договора, подготовленного им и главами исполнительной власти девяти республик. По письменным заключениям Верховного Совета и Президиума кабинета министров, договор в предложенном виде приведет к окончательному развалу Союза. Поэтому его подписание допустить нельзя. В стране уже наступает анархия. Президент России Ельцин словами и делами поощряет сепаратизм республик. Еще в марте Михаил Сергеевич дал мне указание подготовить все необходимое для введения в стране чрезвычайного положения. Такая работа была проведена. Но он медлит и не решается на подписание соответствующего указа. Я регулярно докладываю ему о тяжелейшем положении. Но он реагирует явно неадекватно. Прерывает разговор, переводит его на другие темы, высказывает недоверие моей информации. Предлагаю с целью введения чрезвычайного положения создать государственный комитет. К президенту в Крым направить делегацию. Предложить временно передать власть комитету. Если откажется — изолировать там до выправления ситуации. Объяснить такой шаг как крайнюю необходимость ввиду его болезненного состояния. И просить вице-президента Янаева принять на это время исполнение обязанностей главы государства. Введение ЧП узаконить на специальной сессии Верховного Совета. Предварительное согласие на ее созыв от Лукьянова имеется. Прошу высказаться.

Первым взял слово маршал Язов.

— Согласен с оценками и предложениями. Предлагаю направить в Крым Валерия Болдина — как человека, наиболее близкого к президенту. От руководства партии — секретаря ЦК Шенина. От Минобороны поедет мой заместитель Варенников.

— От правительства поедет Бакланов. Он также близок к Михаилу Сергеевичу. Дай бог, чтобы им удалось уговорить его на подписание указа. И тогда не придется прибегать к крайним мерам, — с надеждой произнес премьер Павлов.

— Договорились, от себя я направлю Плеханова, — подвел итог Крючков.

Когда колонна машин с делегацией из Москвы подъезжала к «Заре», Генералову по радиотелефону кто-то сообщил, что в 16 часов у президента отключили все средства связи и телевизионный ретранслятор. И только теперь полковник Толстой начал понимать необычность происходящего: «Когда мы въехали на территорию дачи, приехавшие офицеры КГБ по команде Генералова сменили мою охрану и взяли под контроль дежурную часть, КПП и гаражи со спецмашинами. Личная охрана президента во главе с генералом Владимиром Медведевым оставалась внутри помещений. При мне Плеханов приказал Генералову Горбачева с семьей и никого другого с территории дачи не выпускать. Затем он и другие руководители прошли в здание резиденции».

Президент после обеда переместился в кабинет поработать с документами, которые ему ежедневно доставляла фельдсвязь. Среди прочих бумаг находились заключения Верховного Совета и кабинета министров о недопустимости заключения нового Союзного договора. Он знал об их содержании от Шахназарова. Поэтому читать не стал, подумав, как далеко они разошлись с Анатолием Лукьяновым и как права была Раиса, уговаривая не продвигать так высоко друга Толю. В это время вошел Медведев и доложил, что приехала группа товарищей во главе с Болдиным и просит принять.

— Ты, Владимир, не шутишь? Я никого не жду. Кто там?

Когда Медведев перечислил приехавших, он выругался, встал и пошел к Раисе Максимовне. Вышел не раньше чем через полчаса и приказал позвать непрошеных гостей.

(Продолжение следует).
Раздел : Культура, Дата публикации : 2011-12-15 , Автор статьи :

Любое использование материалов допускается только после уведомления редакции. ©2008-2024 ООО «Вольная Кубань»

Авторские права на дизайн и всю информацию сайта принадлежат ООО «Вольная Кубань».
Использование материалов сайта разрешается только с письменного согласия ООО «Вольная Кубань». (861) 255-35-56.