На Кубани Иван Юдин жил и работал с 1925 по 1949 год. Именно с 1938 по 1949 год был в газете ответственным редактором. Заслуженно удостоен высоких государственных наград. Медаль «За оборону Кавказа» и три ордена, два из которых заработаны в нашем крае. Орденом «Знак Почета» еще в 1941 году награжден за активное участие в строительстве Тщикского водохранилища (в то время важнейшей стройки края), орден Трудового Красного Знамени получил в 1944 году за успехи в восстановлении народного хозяйства, разрушенного немецкими оккупантами.

В краевом партархиве личное дело Ивана Иосифовича внимательно изучали член Союза журналистов России Т.М. Самусь и сотрудник Староминского историко-краеведческого музея Э.А. Широкобородов. В 1992 году Самусь опубликовала портрет И.Юдина и очерк «Первый редактор газеты «Большевик», основанный только на архивных документах и на свидетельствах людей, лично знавших Ивана Иосифовича («Рассвет» № 17, сентябрь 1992 г., Краснодар).

…Юдин родился 7 февраля 1906 года в семье шахтера Старо-Азовского рудника Шахтинского района Ростовской области. В 1918 году в 12-летнем возрасте пошел работать на рудник Брусова (в советское время шахта имени Октябрьской революции) дверовым, коногоном, тягальщиком, отбойщиком. В 1922 году 16-летний юноша вступил в комсомол. Через три года, в 1925-м, молодого активиста направили на Кубань, в Кропоткинский район. Работал в комсомоле, на выборных должностях в профсоюзных и партийных органах (в партию был принят в 1927 году). Везде, где была востребована неиссякаемая трудоспособность, честность, принципиальность, он отдавал себя бескорыстно. На Кубани же создал семью, здесь родились четверо детей.

Широкобородов скрупулезно выписал лаконичные записи из наградного листа И.Юдина, датированного 1944 годом: «…в 1930 году был направлен на учебу и в 1932 году окончил газетное отделение Ростовского комвуза. В 1932—1935 годах работал заведующим сектором печати Ростовского горкома ВКП(б), начальником политотдела Новоясенской МТС Староминского района. В 1935—1937 годах второй, затем первый секретарь Староминского райкома партии. С ноября 1937 года по март 1938 года завсектором печати Краснодарского крайкома ВКП(б). С марта 1938 года ответственный редактор краевой газеты «Большевик».

Весьма обычный путь для тех лет самородка, незаурядного рабочего-выдвиженца. Немногословность, добросовестность, требовательность к себе и коллегам по работе были присущи этому человеку.

…Август 1942-го. Наши войска оставили Краснодар, газета «Большевик» была эвакуирована в Сочи. До войны семья Юдиных жила в Краснодаре в трехэтажном доме рядом с мединститутом на улице Седина. Перед оккупацией немцы с самолетов разбрасывали листовки со списками семей руководителей Кубани, которые подлежали расстрелу. Фамилия Юдиных в этих списках стояла в числе первых. Тогда на сборы им дали один час и эвакуировали в Баку, а Иван Иосифович, в условиях жесткой дисциплины военного времени, даже не успел забежать домой, чтобы проститься с семьей.

Практически весь творческий корпус газеты «Большевик» был на фронте. Многие журналисты-кубанцы с фронта не вернулись. Бессменным редактором краевой газеты «Большевик» все военные годы был Иван Юдин, ответственным секретарем — Николай Винников, Павел Иншаков — военкором газеты. Лозунг газеты тех дней — «Кровь за кровь, смерть за смерть!». Газетные страницы представляли панораму будничных дел и забот военной поры. Сообщения о митингах и добровольной записи на фронт, в ополчение, о движении доноров, о женщинах-стахановках, заменивших на тракторах, у станков ушедших на фронт мужчин. Приказы и распоряжения, адресованные населению, преследовали цель не допустить паники, укрепить дисциплину, порядок, уверенность народа в правоте своих действий против оккупантов, веру в победу. В июне — июле 1943 года были напечатаны пять очерков Николая Винникова «Казаки-гвардейцы» с портретами героев. Особенно ценили читатели рубрики «Письма с фронта» и «Письма на фронт».

Нелегко было добывать информацию с оккупированных территорий. Но журналисты ее добывали. И рассказывали кубанцам о расстрелах в станице Маевской, разбое в Крымской, насилиях и грабежах в Славянской, пытках и убийствах пленных красноармейцев в хуторе Семеновском, фашистском терроре в Краснодаре. Горе, страдания и вера в победу — вот что стоит за скупыми строчками информационных публикаций. За полгода, пока редакция «Большевика» находилась в эвакуации, было издано 13 дополнительных специальных выпусков газеты, предназначавшихся для населения оккупированных территорий края. Газету «Большевик» разбрасывали с самолета над населенными пунктами, в том числе над оккупированными. «В дни войны газета — воздух… Люди раскрывают газету прежде, чем письмо от близкого друга. Газета теперь письмо, адресованное лично тебе. От того, что стоит в газете, зависит и твоя судьба», — писал Илья Эренбург в «Красной звезде», отражая истинную ценность печатного слова. Газета как воздух была нужна особенно тем, кто был на занятой врагом территории, в то время как их отцы, мужья, сыновья сражались далеко от дома. В феврале 1943 года газета писала о замечательной инициативе армавирцев, перенесших ужасы фашистских зверств. Здесь развернулся сбор средств на строительство танковой колонны «Советская Кубань».

В начале 1944 года выходят очерки за подписью «И.Осипов» (псевдоним И.И. Юдина) «Кубанцы — Герои Советского Союза». Предшествовали этому его очерки «Кубань сражается», «Партизаны Кубани». Одновременно в краевом издательстве редактор «Большевика» Иван Юдин выпустил книгу с таким же названием — «Партизаны Кубани». «Большевик» увековечил не только имена героев фронта и тыла, но и самые трагические факты преступлений немецких оккупантов и их пособников.

Лето 1943 года. Еще не вся Кубань освобождена, но в Краснодаре состоялись первые судебные процессы над оккупантами и их пособниками. Этакая предтеча Нюрнберга. Репортажи Елены Кононенко из зала суда публиковались в «Большевике», зримо передавая картину злодеяний врага. Погибли 13 тысяч краснодарцев, свыше 6 тысяч людей погибли в Армавире, тысячи расстрелянных, замученных, повешенных в Новороссийске и Майкопе, 6930 человек уничтожены в душегубках. Сегодня уже уникальной стала книжка самого Ивана Юдина «Следы фашистского зверя на Кубани», вышедшая по горячим следам событий.

После освобождения Кубани от врага журналистика края обращает все свои усилия на организацию восстановительных работ. Война продвигалась на запад, а оставшиеся в тылу вынуждены были работать за двоих, за троих. Воспитание патриотизма — как на передовой, так и в тылу — было основной задачей. В отличие от литературы журналистика в своей убедительности апеллировала к фактам и только фактам. Искать и находить их — повседневная задача редактора И.И. Юдина и его коллег-журналистов.

…В 1949 году Юдина послали учиться в Москву в Высшую партшколу, откуда на Кубань он уже не вернулся. Поехал туда, куда послала партия, — «поднимать на более высокий уровень» газету соседнего Ставрополья. Так была поставлена точка в кубанском периоде его биографии, а с ней постепенно терялось и имя на фоне ярких лиц его преемников, которые оставили о себе информации намного больше. Им, как и всему послесталинскому поколению, уже не надо было бояться. Это у Юдина во времена доносительства и репрессий всегда наготове был чемоданчик с парой теплого белья, сухарями и курительной трубкой. Этот чемоданчик так и остался реликвией семьи.

Большое сожаление вызывает факт, что имя Юдина не вошло в значимую книгу-справочник «Летописцы Кубани» И.П. Лотышева (Краснодар, 2008). Но в год 80-летия старейшей газеты края ее главный редактор В.А. Ламейкин в книге «Вольная Кубань» (Краснодар.: «Советская Кубань», 1997) с почтением написал о бывших сотрудниках редакции: «Газету для народа делали, конечно же, журналисты из самой гущи народной. Кремневые по крепости люди, достойно и самоотверженно несшие или несущие поныне тяжелый крест профессии газетчика. Особо выделяются в славной кубанской когорте три редакторских имени: И.И. Юдин, Д.Я. Красюк и Д.П. Попович. Это — крупные личности, выдающиеся организаторы и журналисты».

К чести краевого Союза журналистов, вскоре была издана «Энциклопедия кубанской журналистики: биографии». В ней, спасибо, дали краткие биографические сведения и об Иване Иосифовиче Юдине. Заинтересованно, кстати, относятся к наследию Юдина на Ставрополье. На факультете журналистики (декан О.И. Лепилкина) о редакторской и творческой деятельности мэтра написала выпускную работу Евгения Матюх. А руководителем проекта был доцент кафедры истории и теории журналистики Н.С. Марьевский, который еще молодым журналистом работал в «Ставропольской правде» под руководством Ивана Иосифовича.

…Итак, на Кубани Юдин работал без малого четверть века. Здесь стал коммунистом, создал семью, здесь родились четверо детей. В семейных преданиях сохранился эпизод его знакомства с будущей женой Екатериной Герасимовной. Влившись в среду рабочей молодежи, Иван вступил в комсомол, где очень скоро стал вожаком. Тогда-то и познакомился с первой и единственной любовью на всю жизнь. Девушка зашла в церковь, чтобы у своей верующей бабушки забрать ключи, которые та нечаянно унесла с собой. А уже на другой день ее вызвали на комсомольское бюро. Войдя в помещение, увидела долговязого парня под два метра ростом с искоркой добра в глазах. Но он строго сказал: «Так, Катерина, в церковь ходила? Ну-ка клади комсомольский билет на стол!». В ответ услышал: «Не получишь!». Повернулась и ушла, обливаясь слезами. Понимала, что ее ждет, увы, незавидная судьба... Несколько дней спустя была удивлена, увидев, как тот самый долговязый парень, требовавший за проступок комсомольский билет, залез на дерево и заглядывал к ним во двор. Ох и досталось ему от будущего тестя!

Спартанский образ жизни, скромность, бескорыстие, прямолинейность — характерные черты супругов Юдиных. Это отмечали все, кто их знал и по Краснодару, и по Ставрополю. В очерке Самусь есть такой факт, приведенный женой погибшего на фронте журналиста «Большевика» М.Т. Казниной. Было это в первый послевоенный год. Время трудное, голодное. На совещание в редакцию «Советской Кубани» приехали участники из разных городов и районов. Конечно, гостиниц в разрушенном Краснодаре не было. Гостей разместили по семьям сотрудников. Несколько человек взяла и М.Т. Казнина. Один из ее постояльцев привез двадцать килограммов муки (сказочное богатство!) и понес этот подарок семье Юдина. Но его жена Екатерина Герасимовна отказалась брать: «Везите обратно, где живете, там теперь двое детей без отца».

В коллективе «Большевика» (затем «Советской Кубани») Ивана Иосифовича все характеризовали как сурового (без панибратства), но справедливого руководителя.

— Работал редактор от зари до зари, постоянные нервные и физические перегрузки — в порядке вещей, — рассказывала Елена Татосовна Мамина, проработавшая в краевой газете 33 года. — Под конец дня уходил домой передохнуть, но к 20 часам возвращался и работал до выхода сигнального экземпляра, а это было и в два, и в три часа ночи. Досконально вычитывал полосы, ведь редактор за каждое печатное слово нес персональную ответственность. Любая ошибка в газете тогда была небезопасна. Рослый, с красивым, типично русским лицом, он был всегда суров и молчалив, требовательно относился к выполнению заданий сотрудниками. Но никогда ни на кого не кричал, что позволяли иные руководители. Относился к подчиненным с уважением, справлялся о самочувствии, о делах дома.

Деликатным великаном, корректным, не повышающим голоса запомнился он и Елизавете Иванниковой. Конец 1945 года. Первое задание редактора — сделать фоторепортаж о работе Тихорецкого депо. Материал Юдину понравился. И тогда он взял ее в «Советскую Кубань», где она и проработала около двадцати лет фотокорреспондентом…

На Ставрополье Иван Юдин стал еще и писателем. Пригодился кубанский опыт. Сразу после окончания войны, в 1945 году, в Краснодаре стал издаваться литературно-художественный альманах «Кубань», и первые два года ответсекретарем был именно Юдин. Кроме того, известно, что он по просьбе А.Н. Степанова выполнил художественную правку второго тома его исторического романа «Порт-Артур» (редактуру первого тома литературные критики признавали неудачной, и Александр Степанов отказался от услуг предыдущего редактора). Иван Иосифович был и художественным редактором романа Семена Бабаевского «Кавалер Золотой Звезды». Оба эти произведения впоследствии были удостоены самой высокой в стране Сталинской премии.

Основная легенда об уходе И.И. Юдина с поста редактора «Ставропольской правды» — личное заявление об увольнении «по состоянию здоровья». На самом деле все было не так просто. Об этом свидетельствует цепь эпизодов и фактов. Вот что впоследствии писал журналист А.Л. Попутько: «Он был волевым и принципиальным человеком, смело отстаивал позицию газеты на бюро и пленумах крайкома партии, защищал журналистов от нападок недоброжелателей, обиженных критическими выступлениями газеты. Были недруги в самом аппарате крайкома партии. И все потому, что он открыто, в глаза, резал правду-матку».

С одной стороны, Иван Иосифович по натуре (еще со времен своей шахтерской рабочей и комсомольской юности) был человеком прямолинейным. С другой стороны, он был членом партии и редактором, а это, без вариантов, беспрекословное выполнение решений ЦК партии. Начиная с 1950-х годов всем средствам массовой информации СССР была дана установка на усиление критики и самокритики в трудовых коллективах. В СМИ появились обязательные рубрики «По следам наших выступлений», «Меры приняты». В руководимой Юдиным «Ставропольской правде» появляются фельетоны (жанр практически вымерший в современных СМИ). После таких публикаций на местах нередко принимались кадровые решения. Так, после фельетона «При мясном деле» («СП», 21.02.1953) был отстранен от должности управляющий трестом «Главмясо». После фельетона «Инспектор едет в отпуск» («СП», 18.06.1952) выговор получили многие руководители районов. Сам И.И. Юдин не один десяток лет был руководителем, но недолюбливал некомпетентных, тех, кто незаслуженно сидел в руководящих креслах. Иван Иосифович постоянно выезжал в районы, зачастую сам разбирался с жалобами читателей на местах, защищал коллег-журналистов от притеснений за критику.

С большим уважением относились к Ивану Иосифовичу редакторы, журналисты, видя в нем старшего товарища, готового прийти на помощь… А он чувствует, что за ним постоянно осуществляется слежка, чтобы накопить компромат в отместку за критические публикации «Ставропольской правды». В дневнике за 1958 год Юдин не называет имени, а говорит «он»: «Мне стало ясно: (он) хочет использовать мою болезнь, чтобы очернить меня». Впервые Юдину за всю его журналистскую деятельность в 1961 году был вынесен единственный выговор «за допущенные редакцией «Ставропольской правды» ошибки в освещении социалистического соревнования на уборке кукурузы». Позже на бюро крайкома КПСС выговор был снят «в связи с тем, что по состоянию здоровья он больше не работает в газете «Ставропольская правда».

В 1962 году, в пятьдесят пять лет, Юдин оказался на пенсии. Оставшись без привычного круга забот и проблем, не знал, куда себя деть. Андрею Попутько, старому другу и в то время редактору областной газеты в Черкесске, откровенно рассказал о выпавших на его седую голову невзгодах. Друг посоветовал заняться творчеством и написать книгу о герое Гражданской войны Якове Балахонове, легендарном командире дивизии, кавалере трех орденов Боевого Красного Знамени. А вскоре познакомил И.И. Юдина с сыном комдива Николаем Яковлевичем. Тот поведал ему о трагической судьбе отца. В Гражданскую войну семнадцатилетний Яков Балахонов, казак из станицы Баталпашинской, стал выборным командиром красноармейского отряда. Как Щорс на Украине, Чапаев на Урале, Лазо на Дальнем Востоке, водил он своих красных бойцов против белых в предгорьях Кавказа, плавнях Кубани, в степях Ставрополья, Астраханщины, Дона и Северной Таврии. И далее благополучная биография: командир колонны войск Северо-Кавказской Красной Армии, комбриг, комдив, военком в Карачаево-Черкесии, директор крупнейшего в стране авиазавода. Весной 1935 года сорокадвухлетний Балахонов умер от сердечного приступа. По завещанию его похоронили в родном Баталпашинске (Черкесске). Совершенно неожиданно Балахонов был объявлен врагом народа, а его могилу в Черкесске сровняли с землей...

Вскоре отставной редактор Юдин написал о Якове Балахонове очерк «Пламенное сердце». 19 июля 1964 года его опубликовала «Ставропольская правда». Но события Гражданской войны настолько завладели умом и настроением Ивана Иосифовича, что он решил писать книгу, основанную только на архивных документах и свидетельствах очевидцев.

Юдин обрабатывал полученную информацию, дополнял ее архивными данными. В итоге документальная повесть «Яков Балахонов» вышла в Ставропольском издательстве в 1968 году тиражом 20 тысяч экземпляров (переиздавалась в 1977 и 1986 годах). В предисловии к повести, которой посвятил четыре года жизни, Юдин кратко, но емко написал: «В основу положены устные воспоминания участников борьбы за власть Советов, архивные документы. Я лишь придал им литературную форму. Под настоящими именами показаны и другие мои герои. Работая над книгой, я постоянно чувствовал дружескую руку тех, кто лично знал Я.Ф. Балахонова».

* * *

После смерти И.И. Юдина все его награды переданы в Литературный музей Ставрополя. Дети по стопам отца, увы, не пошли — дочь Юлия стала архитектором, Виктория — математиком, сын Владимир — микробиологом. Но, к счастью, журналистами стали внучка Елена Локтионова в Ставрополе и правнучка Анастасия Погребная в Геленджике.

Иван Юдин, масштабная личность и талантливый журналист, был человеком своего времени. Сегодня, к сожалению, редко звучит его имя, как и многих ушедших вместе с прежней эпохой. Я же постаралась в этой публикации поведать о неординарной жизни и творчестве И.И. Юдина, добавить штрихи к портрету редактора и журналиста славного прошлого столетия.

Нианила ПЕТРОВА-ХОРИНА.
Кандидат филологических наук, член Союза журналистов РФ.
Раздел : Страницы истории, Дата публикации : 2026-06-19 , Автор статьи :